Судьба семьи в истории страны.

"Расскажу немного о своих родителях, в судьбах которых запечатлелась нелегкая история нашей страны. Сначала – об отце. Родился Александр Иосифович Сятрайкин в начале прошлого века, в 1906 году в  Куйбышевской области, Клявлинском  районе, селе   Зеленый Ключ.
Когда я училась в школе, как-то, при случае, сказала об отце, что он - участник событий гражданской войны.  Сразу же услышала в ответ: «Не может быть!» Может, да ещё как может!
В те далекие 1920-ые годы юный Саша Сятрайкин, в свои неполные четырнадцать лет, был сыном полка, участвовал в боевых сражениях гражданской войны под Самарой. Белогвардейцам удалось захватить в плен несколько красноармейцев, в том числе и Сашу. Пытали пленников жестоко, а юного героя много раз окунали в ледяную прорубь. 
После этого отец тяжело болел, не мог ходить. Только судьбой ему выпал жребий выжить. Спасибо его мудрой матери, которая часами держала больного сына в бочке с пропаренным овсом и травами, и заботами, молитвами буквально поставила его на ноги.
Чуть позже вместе с друзьями-комсомольцами Александр организовывал первые комсомольские ячейки в Клявлинском районе Самарской губернии. В семейном архиве моей мамы сохранилось два снимка тех лет.  Любимый друг комсомольской юности отца – Стекольщиков Петр Романович, он и руководил этой героической деятельностью. 
Во второй половине 1960-х годов отцу из Москвы пришло письмо - соратники отца по революционной, комсомольской деятельности разыскивали его. Под диктовку отца я писала своим каллиграфическим почерком длинные письма-ответы. На 50-летие создания первых комсомольских ячеек отец был приглашен в Куйбышев на юбилейные мероприятия. Там он встретился с друзьями юности, товарищами по борьбе, и привез из поездки много впечатлений и фотографий. 
Шли годы, отец выучился на учителя истории и географии – окончил два курса пединститута (рабоче-крестьянские курсы) во Владивостоке, а затем еще три курса Куйбышевского пединститута. До Великой Отечественной войны он учительствовал в родном Поволжье.
13 сентября 1941 года был призван в армию. В годы Великой Отечественной войны Александр Сятрайкин воевал в 264 отдельном зенитно-артиллерийском  дивизионе на Дальнем Востоке, вносил свой вклад в разгром Квантунской армии японских самураев. Сначала радиотелеграфистом артиллерийских частей, затем начальником радиостанций. Имел звание сержанта. Есть медали «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За победу над Японией».
Иногда рассказывал нам, детям, как по заданию выследил агента, самурая, переодетого в женское платье. Отец сумел вычислить его из толпы людей, ожидающих поезд. Сели в вагоны, но агент почувствовал слежку. Когда проезжали над Байкалом, самурай спрыгнул прямо в озеро. И «байкальские воды его погребают», – так писала я когда-то в одном из моих стихотворений про этот случай. Ещё отец говорил, что упоминание о нем есть в книге «Разгром Квантунской армии».
Годы спустя, в мирное время, в праздники Победы, из радиоточки в 6 утра раздавался гимн, а отец уже сидел рядом, по-праздничному одетый. Диктор поздравлял ветеранов и, когда торжественно произносил: «…сержанты и старшины», наш фронтовик преображался, выпрямлялся, взгляд его светлел. 
Еще любил вспоминать, как его, сержанта, боевые друзья, услышав радостное известие о долгожданной Победе, ворвались в казарму, сонного, схватили в охапку и, вынеся из помещения, с громкими возгласами стали подбрасывать в воздух. 
После Победы отец вернулся к любимому педагогическому делу – преподавал в школах сел Михайловка, Оселки, поселке Красный Брод. А как он умел учить! Старожилы сёл, его бывшие ученики, рассказывали, что на его уроках стояла такая тишина, что было слышно, как муха летит. Дети, как завороженные, внимали каждому слову своего учителя. Вообще в жизни отец был скромным, держался незаметно, говорил тихо. Орден за труд Знак Почета стал весомым дополнением к его фронтовым наградам.
А теперь – о маме.  Наталья Александровна Воронова родилась в селе Михайловка,  ее родные - из поколения первых переселенцев из Чувашии. Когда она была совсем маленькой, ее семья попала под раскулачивание.
 И это только за то, что у них на 9 детей и двух родителей приходилась лошадь, две коровы и швейная машинка - неслыханная по тем временам роскошь! Пережили ссылку в Нарым, голод, холод, смерть матери от тифа, бегство отца с детьми из томской тайги: выжить в вырытой землянке было невозможно. Дети частенько посасывали кедровые щепочки, это казалось вкусным, питательным, надо же было хоть что-то положить в рот. 
Оказавшись в родных местах, выживали, как могли, нанимались на любую работу. Мама обстирывала большую семью. Никогда не унывала, любую работу выполняла с улыбкой и песней. 
В 1940-ом мама - студентка Кемеровского педучилища. При поступлении она решила изменить имя, считая, что так и судьба ее изменится. «Назовусь Надеждой, буду как Крупская», - твердо решила молодая девушка. Так со студенческой поры окружающие стали называть Наталью Надеждой.
Когда началась Великая Отечественная война, 17-летняя Наталья с подругами обратилась в военкомат с просьбой отправить на фронт, но девушка не прошла медкомиссию по росту, хоть и пыталась дотянуть на цыпочках недостающие сантиметры.
Студентка днем училась, а после занятий работала. И на военном заводе, и на уборке урожая в совхозе «Ягуновский», и на шахте «Северной»: девчата возили вагонетки с углем, которые грузили юноши. 
    По окончании педучилища маму направили учительствовать в родной деревне Михайловка. После уроков учителя и школьники трудились на полях колхоза «Хельхем». 
Многие женщины умели управлять трактором, подростки косили сено, копна возили. Во время жатвы в колхозе объявляли стахановскую декаду, учителя хлеб молотили, скирдовали, сушили зерно. Для фронта сушили картошку, черный хлеб, лук. Вечерами и ночами вязали для фронтовиков теплые рукавицы, перчатки, клали записки «Веселому смельчаку», «Самому храброму».
С подругой Марией пахали землю на быках, которые поначалу не слушались хрупких, худеньких девушек, не подчинялись их командам.  Однако за сезон всё же удалось выдрессировать рогатых упрямцев.
Запомнилась жатва, 1944 год. Председатель колхоза Ширнин объявил стахановскую декаду. Девушки, сноповязальщицы, сшили из старых рубашек белые нарукавники, все в красных косынках, 14 девушек, работали ударно. Вязали снопы из овса вкруговую. Так красиво выглядели ударницы издалека: желтое поле, красные косынки, белые нарукавники. Как-то над полем пролетал самолет, девчата сняли косынки и дружно помахали летчику. Работали с 6 утра до 10 вечера, за 2 дня выполнили намеченное.
Затем Наталья Александровна по приказу районо была направлена в село Оселки учителем начальных классов. Там и встретила она светлый праздник Победы. Праздновали всем селом в школьном дворе. Столько было радости, столько теплых воспоминаний! Вот записанные мной воспоминания матери об этом незабываемом дне:
«9 мая 1945 года. Глухое таежное чувашское село Оселки, рядом с рекой Чумыш. Раннее утро, ясно, веет теплый южный ветерок, смешанный с ароматами тайги, звонко поют лесные и полевые птицы. На восходе солнце играет, как на Пасху, журчащие воды речки Кара-Чумыш были светлы от его лучей.
 Зазвучала пастушья свирель, и стадо буренок направилось на близлежащий косогор. Земля была покрыта первоцветами: подснежниками, фиалками, медуницами, которые местами образовали благоухающие бело-розово-синие островки.» Вот в таком удивительном мире проснулись сельчане в то утро. 
Мама, молоденькая девушка, работала тогда учителем начальных классов. Только сели на второй урок, как раздался звонок, долгий, протяжный. Учителя и ученики высыпали на улицу. Директор школы торжественно объявил: «Победа!» Все стали целовать друг друга, обнимались, плакали от радости. Была второпях сооружена трибуна, ждали высоких гостей из райкома. Прибыли Ефимов и незнакомая женщина. После поздравлений организовали на улице большой стол, каждый нес из дома, всё, что мог. Играла гармошка, народ радовался миру, весне, предстоящему лету. 
С фронта начали возвращаться односельчане. Сколько было радости и сколько печали! Не вернулась с полей сражений подруга юности мамы, умница и красавица, медсестра Елена Галактионова. Допоздна просидели деревенские девчата на бревне, с букетиками полевых цветов – так они провожали подругу на войну.  Елена посмотрела на звездное небо и произнесла: «Может, я не вернусь». Рано утром она уехала, и больше ее никто из сельчан не видел. До последних дней своей жизни мама вспоминала фронтовую медсестру Елену. 
В 1950 году мама выходит замуж за учителя истории и географии, бывшего фронтовика Сятрайкина Александра Иосифовича. Отец был вдовцом, его трое сыновей в тяжелые военные годы остались без матери. Когда он возвращался с фронта, сыновья сидели на крыльце и под гармошку пели: «Хвостом взмахнула у ворот корова рыжая». 
В августе 1952 года Наталья Александровна с мужем Александром Иосифовичем по приказу Прокопьевского районо  были направлены на работу в школу № 31 (п.Красный Брод, тогда она называлась Новостроевская средняя школа № 44) 
Из деревни отец с матерью и детьми отца (Пётр, Юрий, Евгений) переехали в молодой горняцкий поселок Красный Брод, там впоследствии родились у них еще двое: сын Александр и дочь Альбина (то есть я). Наш брат по отцу Юрий в 1960-е выступал на сцене Колонного дома Союзов в составе киселёвского академического хора Н.Зданевича. Брата даже по телевизору показывали и мама этим очень гордилась.
Помимо уроков, мама активно занималась внеурочной работой: вела кружки вязания, «Умелые руки» (аппликация, изготовление модных шкатулок, вышивание, изобразительное искусство), а также учила детей ткать коврики, шарфы, дорожки на сделанном ею станке. Сочиняла частушки на актуальные темы, участвовала во всех выступлениях учительского хора, выпускала газеты - «молнии», организовывала и проводила тематические вечера.
26 сезонов отработала в пионерских лагерях, а на новогодних елках отплясывала в роли Деда Мороза 30 лет подряд!
И отец, и мать были таёжниками, исходили километры лесных и таёжных троп. Мама заготавливала целебные травы, отец зимой охотился, приносил зайца, белку. Часто они собирали сладкую и мелкую лесную малину, кислицу, чёрную смородину, весной – колбу. Отец ещё рвал ковыль для щёток на побелку. Во время застолий с роднёй мама исполняла свой коронный ритмичный танец «Ножницы». Она так ловко перебирала ногами, переплетая их, что молодые не могли за ней угнаться.
До пенсии, родители работали в школе. Отец был старше мамы на 18 лет, раньше ушел на пенсию. Он еще успел съездить по призыву партии на освоение целинных и залежных земель в 1955 году. Мама пережила отца почти на 42 года и умерла на 97-ом году жизни, до последнего дня не теряя силы духа. После травмы бедра последние два года мама не могла сама ходить, но смотрела почти все телепередачи, читала, пела, радовалась каждому дню.
Вот так в судьбах моих родителей, отца и матери, по-разному отразились события истории нашей большой страны. Их жизни – словно судьба Отечества: видно, как на ладони. Я многое помню, ведь без прошлого, без памяти нет, и не может быть будущего. 
Мы живем, совершаем ошибки, преодолеваем трудности. Я благодарна родителям, что учили меня жить незаметно, просто, достойно, по совести, каждый день делать много полезного и нужного. Чувствую себя счастливым человеком.
Отец и мать передали мне в дар главное – видеть в окружающем красоту и истинный смысл. И еще любить всем сердцем, пронзительно и высоко, нашу бескрайнюю, непостижимую, непОнятую чужим умом, многострадальную, великую и такую милую Россию."

Альбина Александровна Вагизова